Ветеран по суду

Суд во Владимире удовлетворил иск вдовы погибшего в Сирии российского офицера Андрея Пыленка к областному военкомату, который отказывал ей в полагающейся надбавке к пенсии по потере кормильца, сообщает «Коммерсант». Тридцатипятилетний капитан 3-й отдельной разведывательной авиационной эскадрильи Андрей Пыленок погиб 6 марта 2018 года при заходе самолета Ан-26 на посадку на российской базе Хмеймим в Сирии. Спустя два месяца после авиакатастрофы вдова погибшего Вера Пыленок переехала с детьми во Владимир, где она родилась.

Она обратилась в местный военкомат с заявлением о перерасчете пенсии по случаю потери кормильца себе и двум детям с учетом надбавки 32%, полагающейся ветеранам боевых действий. Однако военкомат отказался считать погибшего офицера ветераном боевых действий. Прокурор Владимирского гарнизона Илья Болдырев подал иск в Ленинский районный суд Владимира в интересах Веры Пыленок, суд встал на сторону истцов. «Позиция военкоматов в том, что они отказываются всегда признавать такие иски. Несмотря на это, данные исковые заявления выигрываются и восстанавливаются права», — цитирует «Коммерсант» Илью Болдырева.

 

Горящий самолет  / YouTube.com

В Федеральный закон «О ветеранах» еще в 2016 году был внесен пункт, согласно которому к ветеранам боевых действий относятся «лица, направлявшиеся на работу для обеспечения выполнения специальных задач на территории Сирийской Арабской Республики с 30 сентября 2015 года, отработавшие установленный при направлении срок либо откомандированные досрочно по уважительным причинам». Гораздо сложнее доказать свой статус тем, кого отправляют в не указанные в соответствующем списке горячие точки в качестве военных советников. Хотя по факту они проходят службу в зоне боевых действий, российский закон не относит их к ветеранам боевых действий.

Своим мнением о ситуации с выплатами российским военнослужащим и членам их семей положенных компенсаций с «Полит.ру» поделился заместитель директора Института США и Канады РАН, член Совета по внешней и оборонной политике Павел Семенович Золотарев.

 

Золотарев Павел

Я не знаком с конкретной ситауцией, поэтому могу сказать только одно. Как в Советском союзе, так и в России, обязательства государства по отношению к людям, которые его защищают, которые кладут за это государство свою жизнь, выполняются безобразно. И, к сожалению, особых изменений после того, как мы стали так называемой «демократической Россией», не произошло.

Своим мнением о ситуации с выплатами российским военнослужащим и членам их семей положенных компенсаций с «Полит.ру» поделился член правления Международного общества «Мемориал», директор правозащитной группы «Гражданин. Армия. Право»  Сергей Владимирович Кривенко.

 

Сергей Кривенко

Сразу оговорюсь, что речь в моем комментарии идет именно о военнослужащих российской армии, не о ЧВК. В таком случае все, в принципе, законодательно урегулировано. Если военнослужащий погибает или получает ранение, российское законодательство предусматривает обязанность государства осуществить разовую выплату от Министерства обороны. Вместе со страховыми, которые выплачивает страховая компания, эта разовая выплата составляет сейчас, если не ошибаюсь, чуть более пяти миллионов рублей.

Эта разовая выплата никак не связана с местом и обстоятельствами гибели военнослужащего. Она связана со справкой, которую заполняет командир. В ней может быть указан один из двух возможных вариантов: или «погиб во время прохождения службы», или «погиб при исполнении служебных обязанностей». Это разделили для того, чтобы различать гибель по вине самого военнослужащего, например, напился и разбился за рулем, и гибель при исполнении служебных обязанностей. В первом случае выплачивается только страховая часть, если указано, что гибель произошла «при исполнении служебных обязанностей», выплачивается и компенсация от Министерства обороны.

Эти разовые выплаты, в целом, выплачиваются. Даже когда были активные боевые действия в Украине, когда наши не признавали, что там находятся российские военнослужащие, мы знаем, что семьям погибших эти компенсации, тем не менее, выплачивались. Просто приходила справка, что «погиб при исполнении служебных обязанностей», в графе «Место гибели» ставили прочерк, делали вид, что погиб на полигоне. Там бывают задержки, но в целом эти выплаты идут в независимости от обстоятельств гибели.

Другое дело, что есть еще ежемесячные выплаты ветеранам боевых действий. Они связаны с перечисленными в законе зонами боевых действий. И как раз в этом возникает проблема. Наши депутаты не так быстро вносят соответствующие изменения в закон. Например, когда был конфликт с Грузией, это внесли в закон только где-то через год.

 

Подбитый БМП-1 в г. Цхинвал  / YouTube.com

Кроме того, есть проблема, связанная с тем, что, по закону, применение российских вооруженных сил за рубежом возможно только с санкции Совета Федерации. Де-юре все получается нормально, Совет Федерации дает такую санкцию, сразу после окончания боев должны быть внесены соответствующие изменения в законодательство о ветеранах боевых действий, после чего должны пойти выплаты.

Тут не должно быть никакой секретности, это не партизаны. Практика секретно отправлять военных советников за рубеж существовала еще в Советском союзе. Многие ветераны, которые были, например, в Африке, до сих пор судятся за эти выплаты, потому что этой страны, этого конфликта нет в этом списке.

Надо понимать, что это незаконная практика использования наших военнослужащих. Соглашаясь на такое предложение, военнослужащий должен понимать, что государство не будет нести за него ответственность в той мере, в какой это происходит при официально одобренных Советом Федерации действиях российских вооруженных сил за рубежом. Каких-то выплат от благотворительных фондов, от ветеранских организаций, возможно, удастся добиться, но это частная, а не государственная инициатива.

Источник: polit.ru

Добавить комментарий