Керченский морской инцидент: невоенный ответ

Вашингтон не рассматривает военный вариант ответа на инцидент с украинскими судами в Керченском проливе, заявил глава объединенного комитета начальников штабов ВС США генерал Джозеф Данфорд. Это заявление генерал сделал на дискуссионной площадке газеты Washington Post 6 декабря.

«Не было никакого военного ответа и не было обсуждения о военном ответе на инцидент в Азовском море», – цитирует сайт газеты «Коммерсантъ» слова Данфорда. Издание при этом ссылается на отрывки из его выступления, которые приводит в Twitter журналист «Голоса Америки» Джефф Селдин.

Американцы также разъяснили формат своего присутствия в Черном море, передает интернет-издание «Газета.ру». Официальный представитель Пентагона Эрик Пэхон заявил, что ВМС США будут соблюдать там Конвенцию Монтрё, которая сохраняет свободу прохода через черноморские проливы только за торговыми судами. 

В свою очередь ВМС Украины дали понять, что намерены и впредь пользоваться Керченским проливом. Глава Минобороны Украины Степан Полторак заявил это в эфире передачи «Эхо Украины» на телеканале «Прямой».

 

 

Моряки ВСУ в суде  / YouTube.com

Напомним, 25 ноября три украинских военных корабля, на борту которых находились 24 человека, были задержаны российскими пограничниками и доставлены в Керчь. По сообщению ФСБ России, корабли нарушили российскую границу и не реагировали на приказы пограничников, поэтому были обстреляны. В результате пострадали трое украинских моряков. Позднее все 24 моряка были задержаны, а затем и арестованы, и переправлены в в Москву.

Командующий Военно-морскими силами Украины адмирал Игорь Воронченко уже предложил обменять себя на арестованных, объяснив, что от их вида в российских СИЗО у него «разрывается сердце», передает информационное агентство РИА Новости. Однако всерьез этот вариант пока никто не рассматривает.

О том, что произошло 25 ноября в Керченском проливе с украинскими судами, и о том, предполагала ли вообще Украина, что какие-то страны могут дать России ответ в военном формате, а также о проблемах с возвращением на родину арестованных моряков с «Полит.ру» поговорил Георгий Чижов, вице-президент, руководитель украинского бюро фонда «Центр политических технологий».

 

Георгий Чижов

«Конечно, Украина и не ожидала ни от США, ни от других стран НАТО какой-то реакции в военном формате. Украина и сама не дает военного ответа по понятным причинам, и не предполагала, что будет его давать.

Доктрина Украины сейчас по отношению к России сугубо оборонная: многократно было заявлено, что силовых попыток освобождения Крыма не будет. Но, в общем, это и понятно: несмотря на то, что украинская армия многократно усилилась за последние годы, все равно до мощи российской армии ей очень далеко. Но, я думаю, что и слава богу – потому что если бы сила армий была сопоставима, это провоцировало бы горячие головы попытаться восстановить справедливость таким образом.

И от стран НАТО, конечно, тоже никто никакого военного вмешательства не ждет. Реакции в виде санкций, в виде усиления антироссийских мер Украина, думаю, ждет. И это – одна из причин, по которым вообще стоило бы обострять ситуацию.

 

Йенс Столтенберг на Украине  / flickr.com

Что конкретно произошло тогда в Керченском проливе, хотя прошло уже много дней, до конца непонятно. В принципе, ясно только, что эта несчастная группа украинских кораблей (их было всего три, и не самых больших), с одной стороны, каким-то образом не договорилась с Россией о проходе Керченского пролива (причем украинская сторона утверждает, что заявка была подана заранее, а российская сторона – что нет), а с другой стороны, зашла в 12-мильную зону у берегов Крыма.

12-мильная зона традиционно считается территориальными водами той или иной страны. Но вот определяя, какой конкретно страны, мы опять натыкаемся на проблему принадлежности Крыма. Потому что Украина считает, что это ее воды и что ее корабли могут бороздить их, когда захотят, а Россия, в свою очередь, считает, что это воды ее.

Почему была такая жесткая реакция со стороны России и кто принимал решение, до сих пор неясно. Потому что, в принципе, эпизоды, когда чужие корабли (как правило, впрочем, не военные, а рыболовецкие) заходят в российские территориальные воды, случаются. Эти корабли обычно просто вытесняют, направляя в их сторону российские военные корабли.

Формально можно говорить, что украинские военные корабли были с вооружением. Но всем, думаю, было совершенно очевидно, что атаковать российский флот и побережье Крыма они не собираются. Украинцы вообще утверждают, что, получив сигнал покинуть 12-мильную зону, они направились к выходу из нее, но были атакованы.

 

Флаг Украины в Раде / flickr.com

Словом, разберемся мы в этом нескоро, но это не так важно. Важны последствия: что 24 моряка находятся в российской тюрьме, и среди них есть раненые; что в Украине введено частичное военное положение (правда, пока не совсем понятно, что оно дает); и что российских мужчин от 16 до 60 лет больше не впускают в Украину (это та мера, которую российская сторона анонсировала, по-моему, с 2014 года – на сайте «Аэрофлота» висело такое предупреждение; ну, вот теперь их не пускают действительно). То есть мы получили полноценное обострение российско-украинских отношений.

Кто в этом заинтересован, опять-таки есть масса версий. Есть версия, что Украина хотела напомнить о нерешенной проблеме с Крымом – и поэтому обострила ситуацию. Есть версия, что таким образом Петр Порошенко хотел укрепить свои позиции перед президентскими выборами. И есть версия, что обостряла ситуацию Россия (вообще непонятно, для чего; возможно, тоже с целью каким-то образом повлиять на украинские президентские выборы).

Ни одна из этих версий не кажется исчерпывающей и внутренне непротиворечивой. Потому что кому стало хорошо от этого, пока непонятно. Сказать, что позиции Порошенко усилились, я пока не могу – не было еще свежей социологии после этих событий. Но на экспертном уровне это выглядит не совсем вероятным, потому что тогда к нему возникает масса вопросов. И по поводу военного положения, которое нельзя ввести полноценно, тоже.

 

Президент Украины Петр Порошенко / president.gov.ua

Потому что, с одной стороны, это нелогично – если Украина не вводила его в 2014-2015 году, когда велись активные боевые действия, то что ж его вводить сейчас, когда имел место один эпизод? С другой стороны, полноценное военное положение нельзя ввести, потому что тогда полетят сроки выборов и всех политических действий, а этого в Украине не поймут. Потому что там никто не хочет узурпации полномочий. Именно поэтому и украинские руководители не хотят оставаться на своих постах легитимно.

В России, конечно, сразу заговорили о том, что Порошенко хочет остаться у власти, отменив выборы. Но в Украине это не работает: президент, узурпировавший власть, будет чувствовать себя настолько неуютно, что этого никому не хочется.

Поэтому реалии таковы: наверное, следует ожидать расширения американских санкций. Насколько оно будет чувствительным, это вопрос. Возможно, вслед за американцами что-то примут и европейцы, но принципиально это вряд ли повлияет на ситуацию. При этом мы видим по опросам общественного мнения, что россияне начинают склоняться к мысли, что стране пора выходить из международной изоляции, а такого рода эпизоды выхода из изоляции не приближают – даже наоборот, отдаляют его. Но каких-то резких изменений благодаря этому ждать не приходится.

 

 

Дональд Трамп с женой / flickr.com

Могут ли быть обменены моряки? Ну, возможная формула обмена все сильнее запутывается. Если раньше был спор об обмене украинских военных на боевиков ДНР и ЛНР (и такие обмены даже потихоньку шли), а также шел разговор об обмене так называемыми политическими заключенными (куда с российской стороны попадали, опять-таки, российские граждане, сражавшиеся в тех же ДНР и ЛНР и, может, какое-то количество граждан, которые подозреваются или уже были осуждены как диверсанты) и была история с Олегом Сенцовым, которого Россия объявляет своим гражданином и вообще отказывается идти на обмен, то теперь все еще сложнее. Теперь появились украинские моряки, которые находятся в тюрьме не Донецке, а непосредственно в России. Варианты с формулами обмена теперь только усложняются.

Опять же, нужно понимать по нормам права, какую ответственность могут нести моряки (особенно рядовые, те же матросы). В России их пока обвиняют в нарушении государственной границы. По-моему, ответственность по этой статье предусмотрела не слишком серьезная, тем более что хорошо бы понять, кто ее должен нести – весь состав или капитаны кораблей? Или это должен быть командующий Военно-морскими силами Украины, который сделал предложение, лежащее, видимо, вне правового поля.

В общем, вопросов появилось очень много, а ответов это обострение практически не дало.

 

 

Корабли НАТО в Черном море  / flickr.com

Могут ли и впредь происходить подобные случаи? Могут ли они даже происходить чаще, чем прежде? Ну, чаще или реже они могут случаться, еще неизвестно. С одной стороны, Россия получила лишний сигнал о том, что комфортно контролировать Крым не получится – то и дело будут прилетать какие-то напоминания о том, что Украина и большинство стран мира присоединения его к России не признали. И я думаю, могут быть самые разные эпизоды. Несмотря на заявление Владимира Путина, что вопрос о Крыме закрыт, мы видим, что он вовсе не закрыт, как бы того ни хотелось российским руководителям. И проявляться открытость этого вопроса может в самых разных формах.

Но хочется верить, что все же не в таких. Что все это будет без человеческих жертв, без стрельбы, без угроз жизни. Потому что это просто очень повезло, что в результате этих действий никто не погиб – все шансы на это были.

Внутри Украины в связи с этим тоже возникли разные дискуссии. Почему украинские корабли сдались, почему украинские моряки не отрывали огонь? Хотя не уверен, что кто-то хотел бы морякам гибели в явно неравном сражении кораблями российских Военно-морских сил», – сказал Георгий Чижов.

Источник: polit.ru

Добавить комментарий