Михаил Таратута: признание американских ценностей и сотрудничество с США пойдут России на пользу

Omer Messinger/ZUMAPRESS.com

Одно из самых заметных событий книжного мира в этом году — выход книги «Русские и американцы» знаменитого журналиста и телеведущего Михаила Таратуты. С конца 80-х и в течение десятилетия благодаря репортажам Михаила Анатольевича мы познавали Америку и в чем-то сближались с ней.  Однако «Русские и американцы» — больше о различиях двух национальных мировоззрений. Опираясь на историю России и США, Таратута захватывающе и веско показывает, почему американцы — индивидуалисты и для них священны гражданские свободы и права человека, а русские — коллективисты с особо почтительным и трепетным отношением к государству и Церкви. Значит ли это, что русские и американцы созданы так и такими, что никогда не поймут друг друга и всегда будут конфликтовать? 

«Отношение политического класса Америки к России откровенно враждебно» 

— Михаил Анатольевич, ваша книга «Русские и американцы» дает ясное представление о том, что и российский, и американский народы преисполнены чувством исключительности и особой миссии, богоизбранности. Правда, к Богу мы и американцы идем разными путями и, можно сказать, оспариваем Его друг у друга. Значит ли это, что наши народы обречены на противостояние? 

— Я думаю, что наши разногласия лежат, прежде всего, в сфере геополитических противоречий. Соединенные Штаты, как следует из их мессианского посыла, полагают, что самим Провидением им суждено быть лидером не только свободного мира, американцы считают, что их сфера влияния — весь мир. И едва ли расстанутся с этой идеей. 

Россия тоже считает себя мировым игроком и определенно региональным лидером. И претендует на то, чтобы ее признавали таковым, претендует на свою сферу влияния. И пока эти противоречия сгладить не удастся (а Соединенные Штаты и Россия в обозримом периоде вряд ли откажутся от своих амбиций), нормализовать наши отношения будет непросто. Хотя это не исключает того, что в некоторых вопросах мы можем сотрудничать и находить какие-то компромиссные решения.

— Но ведь были у наших стран и моменты эмоционального сближения. Напомни нашему человеку о Вэне Клайберне или о Саманте Смит — у него наверняка навернется слеза. А американцы помнят о таких примерах?  

— Думаю, что нет. Эти моменты никогда не акцентировались. Например, для нас «встреча на Эльбе» всегда была светлой страницей истории, в том числе и наших отношений с Америкой. Для американцев ее, можно сказать, не существует. У них вообще очень искаженное представление о войне, они считают, что главные боевые действия разворачивались в борьбе с Японией и только во вторую очередь — с Германией. И победу над ними одержали США в союзе с Англией и с некоторой помощью Франции. О роли Советского Союза знают единицы, по-настоящему образованные люди, в основном старшее поколение. В школе таких знаний не дают.

Кого в Америке помнят и любят, так это Горбачева, он до сих пор пользуется там популярностью. Понятно почему: в период противостояния с Советским Союзом американцы очень боялись, что начнется ядерная война. Когда в конце 70-х я впервые попал в Америку, был поражен количеством бомбоубежищ, не только государственных, но и частных. Простеньких и, конечно, бесполезных бомбоубежищ, наподобие наших погребов. А у богатых людей — основательных, в несколько этажей, с бассейнами и запасами продуктов на три года. Горбачев освободил американцев от страха ядерной войны, и они ему за это очень признательны. Я помню, как на его выступления в США выстраивались очереди, а билеты стоили по несколько тысяч долларов. 

"Кого в Америке помнят и любят, так это Горбачева" (на фото с президентом США Джорджем Бушем-старшим)CNP/AdMedia/Global Look Press

— Распространенная точка зрения в России, вплоть до самых верхов: после перестройки и распада СССР, в 90-х, Америка «поматросила и бросила», а потом отказала нам в естественном, с нашей точки зрения, праве доминировать на постсоветском пространстве, тогда как сами США, как вы подчеркнули, претендуют на превосходство во всем мире. Есть ли в Америке люди, с пониманием относящиеся к таким российским переживаниям?

— Американцы, безусловно, приветствовали падение коммунизма и желание России перейти на путь демократического развития, стать частью мировой демократической системы, как ее понимает Запад. И были готовы помогать советами «тренера». В 90-е годы у нас появилось много некоммерческих организаций, которые способствовали переходу от тоталитарной системы коммунизма к демократической системе. Но при этом американцы не готовы были воспринимать нас как равного партнера, скорее — как какое-то «муравьиное сообщество», которое не нужно разрушать, но совсем не обязательно считаться с его интересами. Самое большее, на что мы могли рассчитывать, — это на дружеское похлопывание по плечу, на положение младшего партнера. 

Пока у России не было сил тягаться с американцами, приходилось терпеть — во имя хороших отношений и лучшего будущего. Но в России всегда жили имперские амбиции, у нее всегда было свое понимание государственности и суверенитета, и такое отношение было для нее неприемлемо. Как только российское государство обросло некоторым жирком нефтедолларов, страна стала заявлять о своих амбициях, бороться за признание в качестве мирового игрока. Мюнхенская речь Путина 2007 года (в ней российский президент критиковал однополярную модель мироустройства, навязывание Соединенными Штатами своих интересов остальному миру, расширение НАТО в сторону российских границ — прим. авт.) обозначила глубокую трещину в наших отношениях с Америкой. Ну, а моментом окончательного «развода» стал, конечно, 2014 год: Украина, Крым, Донбасс. Накопившиеся противоречия вылились в ситуацию отторжения России Америкой и Западом в целом. 

Что касается американского политического класса, то еще до 2014 года у большой части истеблишмента сложилось понимание того, что укрепляющаяся, становящаяся более мощной в сравнении с 90-ми Россия представляет собой вызов Америке и определенную опасность для нее. От страны с авторитарным режимом и деградирующей экономикой при несовпадении ценностей, полагали они, можно ожидать любые авантюры. 

На сегодняшний день отношение политического класса Америки к России откровенно враждебно. Россия рассматривается уже не как вызов, а как прямой противник, как угроза, которую необходимо сдерживать любыми путями. Отсюда и санкции. 

— А может, путинская Россия — это своеобразное «зеркало» для американской «империи»? В которое США могли бы посмотреть, чтобы увидеть, как они выглядят в глазах довольно большой части мира — «мировым жандармом». А, кроме того, Россия — в определенной мере сдерживающий фактор для американских геополитических аппетитов. Если так, то мы, на самом деле, нужны другу и человечеству как антагонисты. 

— Число союзников Америки невозможно сравнить с числом друзей России. А те, что у нас есть, в основном небогатые развивающиеся страны. В то время как у Соединенных Штатов — десятки союзников, в их числе промышленно развитые, ведущие державы. Миллионы людей со всего мира стремятся попасть в Америку, каждый год она принимает и дает гражданство примерно миллиону человек.

Поэтому не думаю, что мы можем служить «зеркалом», что пример России хоть что-то значит для Америки, скорее наоборот. Доминирующее настроение американского истеблишмента таково: с Россией говорить бесполезно и невозможно, нечего вообще разговаривать. Есть те, кто считает иначе, но таких мало. Среди них, конечно, сам Трамп, который полагает, что Россия может быть полезной Америке, например в решении проблем с Северной Кореей или Венесуэлой, что лучше хоть о чем-то договориться и прийти к взаимоприемлемым решениям.

Трамп — один из немногих представителей американского истеблишмента, готового к диалогу с РоссиейRon Sachs/CNP/AdMedia/Global Look Press

Есть еще одна большая проблема. Не уверен, что Трамп понимает ее до конца. Речь идет о стратегической безопасности. Специалисты в этой области, и в Америке, и в России, прекрасно осознают, что мир находится в довольно опасном положении. В атмосфере тотального недоверия между нашими странами и в ситуации, когда многие военные системы роботизированы и за принятие решений отвечает в том числе искусственный интеллект, есть опасность непредумышленного ядерного конфликта. Ни одна страна не желает такого развития событий, но случись компьютерный сбой или хакерская атака, эти непредвиденности могут оказаться роковыми для всего мира. В России эту опасность, мне кажется, понимают, а вот американский политический класс к такому пониманию не готов. Голос компетентных военных специалистов очень слаб. 

«Все основные ценности западного мира подходят России»

— В своей книге вы здорово показываете истоки национальных характеров, их различия, которые кажутся непреодолимыми. Вместе с тем американцы все больше демонстрируют практики коллективизма (филантропия, как пишете вы, занимает 2% американского ВВП). Урбанизирующееся российское общество, наоборот, уходит от общинности, сегодня ему, скорее, присуща атомизация и если не индивидуализм, отличающий американцев, то эгоизм. Американцам, судя по всему, интересна русская культура, «загадочная русская душа» — Достоевский, Толстой, Чехов. Большое число выходцев из России прославили Америку. Русским, в свою очередь симпатично разумное устройство жизни в Америке — иначе наши имущие не стремились бы обзавестись там недвижимостью, «родовыми гнездами»… Может, наши ценности когда-то встретятся где-то посередине? Тем более что таким державам, как Россия и США, необходимо совместно решать глобальные проблемы — от экологических до террористических. 

— У нас есть фундаментальные различия в ценностях. В первую очередь мы расходимся в вопросе о свободах и правах человека. Для большинства людей в нашей стране это не такая уж важная ценность, есть другие, более важные вещи — безопасность, экономическое благополучие, международный престиж страны. Права и свободы, как показывают опросы, находятся если не в самом конце, то во второй половине шкалы ценностных приоритетов.

Для американцев же права и свободы — основа их национальной идеологии и мышления. И до тех пор, пока это различие не будет преодолено, пока мы не придем к тому, что права и свободы — первейшая ценность, не думаю, что мы найдем какую-то общую почву для глубокого диалога, начнем плотно взаимодействовать. Мы можем сотрудничать в отдельных областях, но не достигнем той интенсивности отношений, какая есть между США и Западной Европой. У них — общая ценностная платформа, они, безусловно, союзники, невзирая на разногласия, вызванные агрессивной политикой Трампа. Мы — на другой платформе, и это, помимо геополитики, которую мы затронули выше, самое большое противоречие.

Важно и то, что демократы (имеется в виду Демократическая партия США — прим. авт.) используют образ России как орудие борьбы с Трампом. В этой логике чем страшнее, ужаснее Россия, тем большую тень она отбрасывает на Трампа, который пытается как-то с ней разговаривать. Россия стала в Америке пугалом, сегодня ею разве что не пугают детей. Раньше наша страна в США почти не упоминалась. Сегодня о ней говорят ежедневно и очень враждебно. У многих, тех, кто мало интересуется политикой и не приклеен к экранам телевизоров, у простых людей, нет сильного негативного отношения, но в интеллектуальной, образованной среде, которая следит за перипетиями политической борьбы в Вашингтоне, антироссийская пропаганда дала кошмарные всходы.

"Демократы используют образ России как орудие борьбы с Трампом"Zamir Usmanov/Global Look Press

— В своей недавней колонке в «Московском комсомольце» вы пишете, что не узнаете Америку, что в когда-то самом свободном штате, Калифорнии, людей, в том числе университетских преподавателей, преследуют и даже избивают за позитивные высказывания о Трампе. Вспоминаются времена маккартизма, «охоты на ведьм», повсеместного «искоренения» коммунизма, когда в США за решетку сажали за убеждения. Не рискует ли Америка скатиться к неомаккартизму?

— В любой системе происходит накопление ошибок, пока не произойдет перезагрузка. Говоря метафорически, сегодня Америка переживает период накопления ошибок. Но это не может продолжаться вечно. Я не сомневаюсь, что перезагрузка произойдет, потому что в целом, несмотря на сегодняшние сбои, в Америке сильная политическая система. Соединенные Штаты уже не раз проходили куда более серьезные испытания. Чего только стоила Американская революция, приведшая английские колонии к созданию республики, или кровавая Гражданская война и последующая отмена рабства в 1865 году, другая мощная перезагрузка произошла спустя сто лет, в 60-е годы прошлого века, когда в Америке разрасталось движение за гражданские права, за отмену сегрегации. 

Так что, мне кажется, Америка переживет левацкие настроения, безапелляционное господство либералов в университетских кампусах. Приход к власти Трампа стал катализатором противоречий между разными группами — расовых, гендерных, противоречий между мегаполисами и глубинной Америкой и так далее. Все выступило наружу. Но так или иначе все утрясется.

И наши с Америкой ценностные различия необязательно навсегда. Мне кажется, со временем они сгладятся. У нас есть интернет, свобода передвижений, возможность ездить по миру и смотреть на него своими глазами. Люди постепенно меняются, не только в России, но и в США, здесь нет предопределенности. 

Возможно, картина изменится после американских президентских выборов в 2020 году — если Трамп будет переизбран и тем более если нижняя палата Конгресса и, значит, Конгресс в целом вновь окажутся под контролем республиканцев. На сегодняшний день Трамп консолидировал свой контроль над Республиканской партией, она почти полностью, за исключением единиц, безоговорочно поддерживает действующего президента. Так что он поборется за второй срок в Белом доме. Не исключено, что в случае победы ему удастся предпринять реальные шаги по нормализации российско-американских отношений, и это повлечет изменения в общественном настроении в США.

— А если Белый дом и Конгресс возглавят демократы? Накал спадет? 

— В какой-то мере, возможно, в самой малой мере — да, так как отпадет необходимость демонизировать Россию, накачивать антироссийскую риторику в противостоянии Трампу. Но сейчас демократы настроены крайне антироссийски, и пока ожидать улучшения отношений с их стороны не приходится. Не думаю, что приход демократов к власти в принципе полезен России. 

— Видите ли вы предпосылки к тому, чтобы в России, в свою очередь, произошла революция сознания и для нас права и свободы стали приоритетными ценностями? 

— Я уверен, что все основные ценности западного мира подходят России. И думаю, что предпосылки есть. У нас уже есть, хоть пока и слабенькое, гражданское общество, для которого свободы и права человека не пустой звук, а идеал. Я ни секунды не сомневаюсь, что с течением времени эти идеалы найдут свое достойное воплощение в России. И не вижу ничего катастрофического. 

Кроме одного: чем дальше наши отношения с Соединенными Штатами и с Западом как таковым будут находиться в напряженном состоянии, тем больше наша страна будет отставать технологически. 

Восток не даст нам технологий, которые мы можем получить, сотрудничая с Западом. А сами мы будем двигаться очень медленно. Тем временем лидерство, положение в мировой иерархии будет определяться (уже определяется) не столько военной силой, сколько «умными» технологиями и экономическим развитием. Таким образом, напряженные отношения с Западом работают против наших следующих поколений, которые скоро станут доминирующей силой в обществе.

— То есть революция ценностей является условием для технологического рывка и она в интересах сегодняшней молодежи? 

— Так и есть. Сближение наших с Западом ценностных платформ будет способствовать более тесному технологическому, экономическому сотрудничеству. Это крайне необходимо и всей нашей стране, и молодым поколениям. 

Источник: znak.com

Добавить комментарий